Реальная история.
Oct. 23rd, 2003 10:56 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
koalenaЖил себе человек в одном южном городе, скажем, в Керчи.
И было ему, в общем, хорошо жить — ходил он по морям в заграницы, потом в какой-то группе играл и тоже был успешен.
А однажды что-то с ним сделалось и он не только резко уверовал в бога, но и решил, что жить ему надо в неком сибирском городе. Уехал туда и зажил при церкви, где все им были довольны, поскольку человек оказался благочестивый (но без неофитского пыла), трудолюбивый и аккуратный.
Жил он себе жил, но как-то заметили, что с носом у него что-то странное сделалось — опух, красный, болит явно... Стали его лечить. Болезней уха-горла-носа никаких не отыскали, а отыскали, что вливает он себе в обонятельный орган нашатырный спирт, им же занюхивает, и тем спиртом, естественно, свой нос и довел до такого состояния, которое заинтересовало окружающих и медицину. Спросили его о причине таких странностей, и узнали, что запахи ему разные чудятся, и нашатырным спиртом он от них старается избавиться. Тут им снова заинтересовалась медицина, но уже другая, которой известно, что обонятельные галлюцинации — штука серьезная, и попал он из церкви в больницу. Психиатрическую, понятно, где стали его лечить вместо нашатыря галоперидолом и нечастыми беседами со специалистом.
Со специалистом он как-то разговорился о церковном, да и спохватился — а сами-то Вы крещенная?
— Да, — отвечает дама, — я, знаете, крестилась в реке Иордан.
— Так Вы были по Святым местам! — восхитился и обрадовался несчастный, — Вам я могу рассказать! Ходят в церковь люди, — начал он, — и мысли у них плохие, и запахи от этих мыслей неприятные очень, спасения от них нет, нашатырем пробовал все запахи отбить, так не помогает. А знаете, — зашептал он, — здесь, при больнице, еще больше таких людей, и запахов таких больше, мучаюсь я тут...
Конечно, после очередного курса лечения галоперидолом он едет к себе, дальше жить при церкви до следующего курса. Его, боюсь, так и не вылечат. А я, достаточно ясно представляя себе людей, которые трудятся в этой маленькой психиатрической больнице, сильно подозреваю, что он на самом деле чувствует что-то, чего не чувствуют окружающие. Просто его мозг так своеобразно интерпретирует полученную информацию.
И было ему, в общем, хорошо жить — ходил он по морям в заграницы, потом в какой-то группе играл и тоже был успешен.
А однажды что-то с ним сделалось и он не только резко уверовал в бога, но и решил, что жить ему надо в неком сибирском городе. Уехал туда и зажил при церкви, где все им были довольны, поскольку человек оказался благочестивый (но без неофитского пыла), трудолюбивый и аккуратный.
Жил он себе жил, но как-то заметили, что с носом у него что-то странное сделалось — опух, красный, болит явно... Стали его лечить. Болезней уха-горла-носа никаких не отыскали, а отыскали, что вливает он себе в обонятельный орган нашатырный спирт, им же занюхивает, и тем спиртом, естественно, свой нос и довел до такого состояния, которое заинтересовало окружающих и медицину. Спросили его о причине таких странностей, и узнали, что запахи ему разные чудятся, и нашатырным спиртом он от них старается избавиться. Тут им снова заинтересовалась медицина, но уже другая, которой известно, что обонятельные галлюцинации — штука серьезная, и попал он из церкви в больницу. Психиатрическую, понятно, где стали его лечить вместо нашатыря галоперидолом и нечастыми беседами со специалистом.
Со специалистом он как-то разговорился о церковном, да и спохватился — а сами-то Вы крещенная?
— Да, — отвечает дама, — я, знаете, крестилась в реке Иордан.
— Так Вы были по Святым местам! — восхитился и обрадовался несчастный, — Вам я могу рассказать! Ходят в церковь люди, — начал он, — и мысли у них плохие, и запахи от этих мыслей неприятные очень, спасения от них нет, нашатырем пробовал все запахи отбить, так не помогает. А знаете, — зашептал он, — здесь, при больнице, еще больше таких людей, и запахов таких больше, мучаюсь я тут...
Конечно, после очередного курса лечения галоперидолом он едет к себе, дальше жить при церкви до следующего курса. Его, боюсь, так и не вылечат. А я, достаточно ясно представляя себе людей, которые трудятся в этой маленькой психиатрической больнице, сильно подозреваю, что он на самом деле чувствует что-то, чего не чувствуют окружающие. Просто его мозг так своеобразно интерпретирует полученную информацию.
